Пещерное ретро  - Елена Кароль

Я даже сначала не поняла, что он имеет в виду. В недоумении посмотрела, как он встает, жестом предлагает подняться и нам, и только после этого потрясенно протянула:

— То есть брак будет заключен прямо сейчас?!

— Как только Елизавета Юрьевна проснется. — Врач натянуто улыбнулся. — Поверьте, достаточно лишь добавить в раствор капельницы небольшую дозу препарата, чье название вам ничего не скажет.

— А…

— Он абсолютно безвреден для мамы и ребенка.

— Хм…

— Катюша, идем. — Слааф потянул меня за руку, и пришлось подняться, чтобы в тихой задумчивости дойти вместе с остальными до палаты Лизы, по дороге слушая успокаивающий бас мужа: — Все правильно. Не думай о плохом. Они, конечно, не идеал здравомыслия, но шанс должен быть у каждого. А ребенок… Он тоже не будет один. У него будем мы и бабушки с дедушками. Я поставлю условие, чтобы за эти девять месяцев Илья добился чего-то большего, чем статус сына Никифорова. И Лизу к деду на профилактические беседы отдадим, когда она поправится. Договорились? Только не нервничай.

— Умеешь ты успокаивать… — Я вымученно улыбнулась, и мы вошли в палату. Все те же мерцающие лампочками механизмы, все та же маленькая и худенькая девочка… — Согласна. Илья, слышал? Если через девять месяцев ты своими силами не найдешь работу, которая будет обеспечивать семью, и из разгильдяя не станешь порядочным мужем и отцом, то я заберу ребенка. Это не игрушка и не минутная слабость. Я не позволю вам загубить кроху. В свою очередь, я буду прилагать максимум усилий, чтобы Лиза осознала себя не эгоисткой, а взрослой ответственной женщиной. Вот только…

— Я понял, — грубо меня оборвав, Илья торопливо прошел в палату. — Не угрожай мне, Медянская. И поверь, ты многого не знаешь. И Лиза… — Инкуб склонился и убрал прядку с бледного лба, договаривая уже едва слышно: — Она не такая. Ты абсолютно не знаешь свою сестру.

Да-да. А ты ее знаешь. С трудом, но удержав колкость внутри, поняла, что время для ругани прошло. Мы приняли решение. Дело за Лизой.

Пока мы стояли в стороне и ждали развития событий, Иван Александрович провел все необходимые манипуляции с капельницей, вколов в одну из них шприц с необходимым препаратом, и буквально минуты три спустя Лиза действительно сделала попытку открыть глаза.

Первая попытка, вторая… С третьей у нее получилось, и первым, кого она увидела, был стоящий рядом с ней Илья.

Я ожидала чего угодно: криков, визга, мата, обвинений… Но то, что произошло на самом деле, стало для меня полнейшей неожиданностью. Лиза улыбнулась. Стеснительно. Так, как далекие десять лет назад.

— Привет…

— Привет. — Илья присел на корточки и накрыл тонкие пальчики своей ладонью.

Я не видела его лица, но тон был с надрывом, словно он с трудом сдерживал слезы.

— Мы… где?

— Это больница. У тебя… небольшое отравление. Все будет хорошо. — Он частил, торопливо заверяя мою сестру, что на самом деле все очень хорошо и она поправится буквально на днях. — Лиз… выходи за меня замуж. Пожалуйста.

— Что?

Я видела ее искреннее потрясение, даже некоторый испуг. И еще этот нервный смех…

— Дурачок. Зачем?

— Я хочу, очень хочу. Пожалуйста…

— Ну… Ладно.

Наверное, Лиза пыталась пожать плечами, но у нее получилось лишь нервно дернуться, да и то едва-едва.

Что ж, согласие получено. Илья прав, говорить о ребенке сейчас нельзя, потому что невозможно предсказать Лизину реакцию. Может, это и подло по отношению к ней, но у нас нет времени. Просто нет времени.

Мы переглянулись со Слаафом и шагнули вперед.

— Привет.

— Ка… Катя? — На этот раз потрясение было сильнее и продолжительнее. Нервный взгляд на Слаафа, снова на меня… И плаксиво скривившиеся губы. — Ругать будешь?

— Нет. — Я легонько качнула головой и нервно хмыкнула. — Женить вас будем. Лиза, ты правда выйдешь за него замуж? Только честно. Развода не предполагается.

— А… — Я видела, как сжались пальцы Ильи, видела, как беспомощно она посмотрела на него, и прекрасно видела, как она пытается понять, что происходит и к чему такая спешка, но у нее ничего не получается.

А еще я увидела, как смотрит на нее сам Илья. Умоляюще. Не влюбленно, нет, но с надеждой и молчаливой мольбой.

Его можно понять. Шанс на реабилитацию и стабильное будущее. Одна из немногих, кто может стать женой и матерью его детей. Уже беременная. Красивая, этого у Лизы не отнять. Веселая, предприимчивая и никогда не унывающая. Лентяйка и эгоистка, правда…

— Да. Выйду.

Ответ, ворвавшийся в мои мысли, был тихим, но твердым. И Слааф приступил к ритуалу.